Свалка на дне океана: европейская история, о которой лучше не знать

Скажи честно: куда бы ты определил 200 000 бочек с радиоактивными отходами?

Идеальный ответ — вообще никуда. Но если уж очень нужно, то куда-нибудь подальше от всего живого. В какое-нибудь стабильное, безопасное место, где точно ничего не случится.

А теперь представь, что кто-то говорит: «А что если... на дно океана?»

Примерно так и решили несколько европейских стран между 1971 и 1982 годами. Атлантический океан почему-то показался им отличной площадкой для ядерных отходов. Не метафорически «показался» — реальные бочки, реально спущенные в воду и оставленные там навсегда.

Навсегда — это примерно до сейчас, пока ученые наконец не решили разобраться, что же произошло.

Подводная свалка, о которой все знали (но молчали)

Вот что меня по-настоящему поражает: эти бочки лежали на дне больше сорока лет, а мы понятия не имели, что с ними происходит. Зона свалки занимает около 14 500 квадратных километров дна Северной Атлантики. Это больше, чем площадь некоторых стран. Просто представь: целая страна радиоактивных отходов на дне океана.

Недавно группа ученых из CNRS (французского Национального центра научных исследований) решила наконец взглянуть на всё своими глазами. И когда я говорю «взглянуть», я имею в виду настоящего автономного робота, который нырнул почти на 6 000 метров.

Шесть километров вниз. Там, внизу, мир больше похож на другую планету, чем на Землю.

Что они нашли

Робот смог исследовать только около 2% всей площади свалки. Два процента! Но и на этом крошечном участке он насчитал 3 500 бочек.

Вдумайся в эту цифру.

Если экстраполировать (а у ученых нет причин думать иначе), на дне могут лежать десятки тысяч таких контейнеров.

И вот что самое странное: бочки не просто валяются в одиночестве. На них живут. Морские губки, актинии, крабы — целые сообщества организмов обосновались на этих цилиндрах.

С одной стороны, это в каком-то смысле красиво. Жизнь пробивает себе дорогу везде, даже в самых негостеприимных местах.

С другой — это животные, которые строят дома на контейнерах с радиоактивным мусором. Исследователи осторожно написали, что бочки «изменяют окружающую среду, создавая твердую поверхность для колонизации, что потенциально может способствовать переносу радионуклидов к живым организмам».

Переведу на человеческий: содержимое бочек, возможно, уже попадает в тех самых крабов и губок, которые на них живут. Не самая приятная перспектива.

Почему это важно прямо сейчас?

Может возникнуть вопрос: «Ну и что? Это было давно. Что теперь, уже ничего не изменишь?»

Справедливо. Но есть одно «но»: мы до сих пор толком не понимаем, как радиация ведет себя в глубоководной среде на протяжении десятилетий. Да, мы знаем, что она опасна. Но как именно распространяется через осадки? Через воду? Через пищевые цепочки?

Именно это исследование и призвано выяснить.

Команда собрала пробы примерно с 50 бочек в пяти разных точках: осадок, воду, даже микробные сообщества. Сейчас ученые из Франции, Норвегии, Германии и Испании анализируют всё это. Называется проект одной из самых масштабных глубоководных радиоэкологических работ в истории.

Задумайся на секунду: мы по сути изучаем научный эксперимент, который природа ставила пятьдесят лет, а мы только сейчас обратили внимание на результаты.

А теперь — главное

Вся эта история отражает одну ужасно знакомую модель мышления, которая была в порядке вещей в XX веке. Логика «с глаз долой — из сердца вон». Выбросить туда, куда никто не добирается, и надеяться, что всё само рассосется.

Так не сработало с ДДТ в океане. Не сработало с радиоактивными отходами на Хэнфорде. И, судя по всему, не сработало в Атлантике.

Но есть и хорошая новость: сейчас мы хотя бы умеем это отслеживать и изучать. Проекты вроде этого не исправят прошлого. Но они помогут понять, что именно оставили нам наши деды — и, может быть, не повторить их ошибок.

Иногда океан хранит наши секреты. Но рано или поздно они всплывают на поверхность.

Источник: https://www.popularmechanics.com/science/environment/a73467447/north-atlantic-radiation-barrels